История одного города — часть 1

Роман открывается предисловием от лица издателя, якобы нашедшего старинную летопись города Глупова. Ее составляли несколько архивариусов, желавших сохранить память о местных градоначальниках. Такая форма напоминает настоящий исторический труд, однако торжественный тон постоянно сталкивается с нелепыми событиями. Уже с первых страниц становится понятно, что автор пародирует официальные хроники, в которых история страны часто сводится к перечислению правителей. За вымышленными документами и смешными именами скрывается серьезный вопрос: почему отношения власти и народа веками строятся на страхе, насилии и безответственности. Предками глуповцев были головотяпы. Такое прозвище они получили потому, что имели привычку ударяться головами обо все встречное. Головотяпы были сильным и воинственным племенем: они победили лукоедов, гущеедов, кособрюхих, ряпушников и множество других соседей с нарочито забавными названиями. Однако военные успехи не помогли им устроить мирную жизнь. Победители не умели договариваться, устанавливать справедливые правила или сообща отвечать за порядок. Их попытки самостоятельно решить свои трудности приводили к новым нелепостям: они замешивали Волгу толокном, тащили теленка на баню, подпирали небо кольями и предпринимали другие бессмысленные действия. После долгих неудач головотяпы решили, что им необходим князь. Они рассудили, что мудрый властитель наведет порядок и избавит их от необходимости самим управлять своей землей. Народ ходил к разным князьям, но те отказывались: никто не хотел властвовать над людьми, которые прославились очевидной глупостью. Наконец головотяпы обратились за помощью к вору-новотору. Посредник нашел князя, согласившегося принять их подданство, но условия оказались тяжелыми. Головотяпы должны были платить многочисленные дани, ходить на войны и безоговорочно подчиняться. Плакать им разрешалось, но действовать по собственной воле — нет. Князь не пожелал лично поселиться среди новых подданных. Он переименовал головотяпов в глуповцев, их поселение назвал Глуповом, а управлять отправил того же вора-новотора. Наместник быстро начал красть и притеснять жителей. Когда сведения о злоупотреблениях дошли до князя, тот послал неверному слуге петлю. Вор понял приказ и покончил с собой, но это не улучшило положения горожан. На смену одному управителю приходили другие — одоевец, орловец и калязинец. Каждый оказывался вором, а князь отвечал на их преступления наказаниями, не меняя самой системы управления. В конце концов князь прибыл в Глупов и грозно крикнул: «Запорю!» Этим окриком, по словам летописца, и начались исторические времена. Значит, главным знаком государственной жизни становится не закон, договор или забота об общем благе, а угроза наказания. Глуповцы получают желаемого начальника, но вместе с ним лишаются права отвечать за себя. Они могут страдать, жаловаться и надеяться на доброго правителя, однако не пытаются изменить устройство власти. Салтыков-Щедрин не изображает народ врожденно рабским: он показывает долгую привычку перекладывать ответственность и покорно принимать последствия собственного выбора. За сказочным рассказом угадывается сатирическое объяснение российской истории. Автор не предлагает считать головотяпов портретом какого-либо одного народа или исторического племени. Это собирательный образ общества, которое обладает силой, но не имеет гражданской зрелости. Князь тоже важен не как отдельная личность, а как начало системы: он находится далеко, требует подчинения и сменяет проворовавшихся исполнителей, сохраняя произвол. Поэтому последующая галерея градоначальников не будет случайной цепью курьезов. Все их безумные распоряжения подготовлены первоначальным соглашением, по которому порядок был куплен ценой свободы, а управление заранее отождествлено с угрозой.