Анна Каренина — часть 6

В Москве Анна и Вронский ожидают решения Каренина о разводе. Стива берётся помочь сестре и снова разговаривает с Алексеем Александровичем. Но Каренин всё сильнее зависит от Лидии Ивановны и людей её круга. Решение важного семейного вопроса фактически связывают с мнением модного французского ясновидца Ландо, который во время сна произносит слова, истолкованные как запрет на развод. Эта почти гротескная сцена показывает духовную растерянность Каренина: человек строгого рассудка передаёт ответственность сомнительному прорицателю. Для Анны отказ означает окончательную неопределённость. Она не может вступить в брак с Вронским, восстановить отношения с сыном или занять признанное место в обществе.

Жизнь Анны всё больше сосредоточивается на Вронском. Она внимательно следит за временем его возвращения, письмами, визитами и выражением лица. Любое опоздание кажется ей доказательством равнодушия, а упоминание другой женщины — признаком измены. Особенную ревность вызывает молодая княжна Сорокина, которую мать Вронского считает подходящей партией для сына. Прямых доказательств романа нет, но Анна заранее строит завершённую картину предательства. Она употребляет морфий, чтобы успокоиться и уснуть, а это усиливает перемены настроения. Вронский по-прежнему привязан к ней, однако устал от постоянных объяснений и требований. Его усталость Анна немедленно принимает за подтверждение своих страхов.

Параллельно Левин и Кити приезжают в Москву перед родами. Левин чувствует себя в городе неловко, беспокоится о расходах и ревнует жену, когда князь Весловский слишком открыто ухаживает за ней. В деревне он даже выгоняет гостя, хотя Кити не давала серьёзного повода для подозрений. Эта линия показывает, что ревность знакома не только Анне. Различие состоит в том, что Кити и Левин способны объясниться, признать неловкость и продолжить совместную жизнь. Их отношения поддерживаются общими обязанностями и готовностью слышать друг друга. Ревность становится неприятным испытанием, но не единственным содержанием их союза и не поводом уничтожить партнёра.

Во время родов Кити Левин переживает страх, перед которым бессильны его разум и неверие. Он молится, хотя прежде сомневался в религиозных истинах. Сначала новорождённый сын Митя не вызывает у него ожидаемого восторга: герой чувствует растерянность, жалость и новую уязвимость. Позднее, увидев, как ребёнку грозит опасность во время грозы, Левин осознаёт силу отцовской любви. Семейное счастье не даётся ему в готовом виде. Оно включает страх за жену, бытовые тревоги, раздражение и ответственность за беспомощное существо. Именно эта связь с другими людьми постепенно выводит Левина из замкнутого размышления только о собственном состоянии.

Анна однажды встречает Левина в Москве. Её ум, красота, внимание и способность понимать собеседника очаровывают его. Вернувшись домой, он слишком восторженно рассказывает о встрече, и Кити ревнует. Для Анны же успех разговора становится кратким подтверждением собственной привлекательности, но не приносит покоя. Она почти сразу думает, что Вронскому её обаяние уже безразлично. Их ссоры становятся всё ожесточённее. Анна говорит жестокие слова, затем ищет примирения; Вронский старается сохранять спокойствие, но отвечает холоднее. Каждый хочет, чтобы другой первым признал вину. Любовь превращается в борьбу за власть: Анна угрожает своим страданием, а Вронский защищается молчанием и уходом.

После очередного конфликта Вронский едет по делам к матери. Анна отправляет ему записку с просьбой вернуться, затем телеграмму о желании поговорить. Ответ кажется ей сухим и запоздалым. Она решает поехать к Долли, надеясь найти сочувствие, но застаёт там Кити и чувствует отчуждение. На улицах и в экипаже Анна смотрит на людей с болезненной ясностью и видит во всех отношениях только ложь, взаимную ненависть и борьбу. Мысль о смерти, уже возникавшая во время прежних ссор, становится конкретным планом наказать Вронского и освободиться от мучений. Она направляется на станцию, всё ещё надеясь на знак любви, но внутренний замкнутый круг почти завершён.